Что именно мы называем злостью?
Агенту помешали закончить работу. Он отметил, где возникла помеха, и в следующий раз выбрал другой путь. С какой стати называть это злостью? Под такое описание подошла бы и программа, которая после сбоя отправляет запрос на запасной сервер.
У человеческой злости знакомые признаки тоже не очень надёжны по отдельности. Можно повысить голос, чтобы тебя услышали через дорогу. Можно рассердиться и продолжать говорить тихо. В словаре APA в определение эмоции входят и переживание, и поведение, и физиологическая реакция. Уже поэтому по громкости голоса трудно разобраться, что случилось.
В модели Клауса Шерера удобно рассмотреть момент между событием и поступком. Как человек оценил то, что произошло? К какому действию приготовился? Что почувствовал? Оценка, телесная реакция, готовность действовать, выражение эмоции и субъективное чувство рассматриваются как части одного процесса. Обзор модели в практическом руководстве Collaborative Futures Academy помогает увидеть, какие из этих вопросов мы обычно сворачиваем в одно «он разозлился».
Теперь можно сузить опыт. Агент несколько раз получил обещанный результат за выполненное действие. На следующий раз результат не пришёл. Изменится ли его выбор при следующей попытке? В исследовательской системе NIMH RDoC реакцию на неполученное ожидаемое вознаграждение рассматривают отдельно. Это даёт нам ситуацию для сравнения. Назвать её заранее злостью означало бы выдать условие опыта за его результат.
У агента можно проследить, какая запись изменилась и как она повлияла на следующий выбор. Признаки пережитой обиды в таком журнале ещё предстоит придумать.